Окончание. Начало — здесь

Сталинские ученики

История Ирана с середины 50-х годов прошлого века — практически точное повторение истории России (СССР). Крупная страна с древней историей и культурой попыталась войти в современный мир. Первая попытка модернизации (еще в контексте западного мира) была предпринята шахом. Шаху удалось сделать многое — практически провести индустриализацию. Но вызванные этим социальные конфликты оказались слишком сильны — страна (как когда-то Россия) сорвалась в катастрофу Революции.

Пришедшие к власти исламские радикалы выдвинули собственный цивилизационный проект, поддержанный народом. Но к середине 90-х годов энергия революции начала выдыхаться, и перед руководством ИРИ встал выбор — или постепенный отход от исламского проекта с возвращением в сферу влияния Запада при очевидно подчиненном положении (линия "реформаторов" типа Хатами) или технологический рывок с сохранением собственного пути.

Судя по всему, выбран второй вариант. Любой крупный национальный проект должен иметь явную и достижимую цель. Таковой в Иране было объявлено создание собственной атомной промышленности и энергетики. Однако организация работ показывает, что более важной целью был подъем общего научно-технического уровня Ирана. В стране создано более 10 технопарков. Самые крупные — Исфаханский, Хорасанский, технопарк Тегеранского университета — в значительной мере финансируются государством. Основная направленность: компьютерные технологии, новые материалы, биотехнологии. По всей видимости, существуют и закрытые ядерные центры, созданные по образцу советских спецгородов. ИРИ использует любую возможность для отправки студентов на обучение в лучшие зарубежные вузы научного и технического профиля (например по всем специальностям, связанным с аэрокосмическим комплексом). Повторяя советский опыт, иранцы не гнушаются и прямого технологического шпионажа.

Удачная нефтяная конъюнктура принесла Ирану достаточно средств для реализации этой программы и позволила избежать трагического выбора, стоявшего перед советским руководством (или индустриализация ценой ограбления крестьян или гибель страны).

Явные успехи в реализации атомного проекта дали достаточные аргументы сторонникам самостоятельного развития как в высшем руководстве ИРИ, так и в народных массах. Это привело к поражению прозападных капитулянтов типа Хатами и приходу к власти молодых радикалов.

То, что для Ирана атомная программа — это, в первую очередь, программа технологического развития, позволяет достаточно легко понять истинную суть нынешнего конфликта вокруг обогащения урана.

Позиция Ирана неоднократно произносилась вслух: "Иран ни при каких обстоятельствах не откажется от исследовательских работ по обогащению урана". То, что это действительно исследовательские работы, не имеющие военных целей, лучше всего доказывает принципиальное согласие Ирана на создание СП по обогащению урана в промышленных масштабах на территории относительно дружественной России и российский контроль над движением ядерных материалов. Лабораторные же установки, имеющиеся у Ирана, не позволят наработать оружейный уран в достаточных для практических целей количествах. При этом Иран никогда не отказывался от контроля МАГАТЭ над своими ядерными объектами.

Если бы целью США было просто недопущение создания Ираном атомного оружия, то почвы для конфликта вообще не было бы. При современных средствах наблюдения невозможно тайно создать завод по производству оружейного урана в промышленных масштабах. Тем не менее, конфликт только обостряется. Категорическим требованием США является полный отказ Ирана от любых исследований в области обогащения урана. Что же настолько сильно беспокоит американцев, что они действительно готовы ввязаться в военный конфликт с непредсказуемыми последствиями? (Очевидное объяснение, вытекающее из IQ президента Буша, я все же не считаю верным. В руководстве США хватает трезвых политиков, способных понять уроки Ирака и Афганистана)

Дело в том, что необходимые для обогащения урана технологии (производство сверхчистых материалов, методы разделения изотопов и т. д.) — это сердцевина научных знаний, необходимых не только для реализации собственно атомного проекта, но и для основных промышленных технологий современного мира. Если страна сумела своими силами обогащать уран (не принципиально, в каких количествах) и, тем самым, создать полный ядерный цикл, то это означает, что она имеет собственный научно-промышленный комплекс, в принципе способный решать любые задачи на уровне самых развитых стран. Как говорится: Welcome to the club!

Именно возможность успешной сдачи Ираном этого экзамена, а совсем не бомба, так пугает правителей США. Единственное, чего нельзя сказать определённо, сознательная ли это реакция или чисто интуитивное действие.

Что вхождение Ирана в элитный клуб технологических держав меняет в современном миропорядке?

Почти весь 20-й век прошел в борьбе западнического и коммунистического (точнее — сталинского) проектов. СССР (особенно до смерти Сталина) был страшен западным хозяевам мира не военной угрозой (во многом — мифической), а примером. Это была реальная и очень привлекательная альтернатива, надежда на справедливое мироустройство для народов всей Земли.

Крах советского проекта потому и вызвал такое ликование, что у народов исчезла возможность выбора. Разнообразные фукуямы начали радостно писать, что наконец-то наступил конец истории. Казалось, западнический миропорядок победил навсегда, и благоденствию "золотого миллиарда" уже больше ничего не угрожает. Ну, а не попавшим в него — не повезло навсегда.

Со временем выяснилось, что победа не полна. Начался подъем Китая, да и Россия пока смогла выжить. Однако очевидно, что в обозримом будущем Россия и Китай останутся локальными цивилизациями, не имеющими сил бросить новый вызов торжествующему западнизму.

Лишь пассионарный исламский мир оказался способен бросить такой вызов. В Исламе очень сильна социальная составляющая. Заложенные в него идеи справедливого устройства общества (достаточно близкие к советским) просты и понятны даже неграмотным народным массам. Огромную силу им придает происхождение от Божественного откровения, а не от текстов бородатых основоположников.

Однако до настоящего времени у исламского проекта была принципиальная слабость, перевешивавшая все его сильные стороны. После высочайшего взлета культуры и науки ранних веков Халифата (об этом не любят вспоминать, но современная европейская наука зародилась в мусульманских университетах Севильи, Кордовы и Толедо) исламский мир надолго погрузился в застой. Со времен Кордовского Халифата еще ни одной мусульманской стране не удалось создать современную технологическую цивилизацию (постсоветские страны — Казахстан, Узбекистан и т.д. — не в счет: это наследники российско-советского мира). Это дает возможность западническим пропагандистам утверждать, что ислам и современные технологии несовместимы.

Прорыв Ирана в технологический клуб обесценивает этот козырь. Его пример возвращает народам мира надежду: альтернатива мировому господству США существует. История продолжается.

Глубинная суть уранового конфликта именно в этом — есть реальная альтернатива западнизму или её нет. Потому он и оказывается столь ожесточенным .

Небольшое послесловие. Чем закончится урановый конфликт — пока предсказать невозможно. Однако угрозу интервенции руководство ИРИ воспринимает вполне серьезно. Надежным свидетельством тому стало одно событие, списанное на случайность. Однако похоже, что это совсем не случайность. Просто иранцы оказались исключительно способными учениками и усвоили еще один сталинский урок.

Общеизвестно, что главное высокоточное оружие армии США — взятка. Войну с талибами выиграли не генералы, а финансисты. В Ираке генералы попросту продали американцам победу — Республиканская гвардия лишь имитировала боевую активность. А уж имена наших "жертв прицельного баксометания" повторять вслух стыдно и противно.

Известен и метод борьбы. Сталин сумел перед войной вычистить большинство потенциальных предателей. Результат налицо: советские генералы воевали по-всякому — в меру талантов. Но власовы были единичны. Саддам ничего похожего не сделал, и его продали за неделю. Так что подготовка к отражению интервенции США должна включать чистку армейского руководства от будущих предателей.

9 января 2006 года в авиакатастрофе погибли командующий сухопутными войсками элитного Корпуса стражей Исламской революции Ахмад Каземи и еще 11 высокопоставленных офицеров. Официальная версия — техническая неисправность (отказ двигателей). Но уж очень своевременная.