2006-07-11 Наталья Харитонова

За событиями, разворачивающимися вокруг Южного Бутово, следят не только москвичи, но и алматинцы. Поводом для конфликта стало недавнее постановление московского правительства, которое предусматривает снос нескольких десятков поселков и деревень в границах города Москвы. Мэр Юрий Лужков заявил, что жители выселяемых поселков должны получить компенсации за оставляемые дома и участки. Решение о сносе частных домов и застройке этого участка многоэтажками ранее вынес суд, однако многие не захотели переселяться, найдя компенсацию недостаточной. В итоге уже несколько недель в поселке не стихает противостояние между жителями домов, определенных под снос, и местными властями.

Жители Бутово протестуют не столько против незаконного, как они считают, выселения, но и против радикального освоения бутовского леса и застройки его многоэтажками. В настоящий момент они готовят обращение президенту России и два иска Лужкову, который обвинил в «жлобстве» тех, кто не захотел переезжать в предложенные им квартиры. Ранее было сделано обращение на имя Сергея Миронова. Председатель Совета Федерации, председатель Российского земельного союза, в свою очередь заявил, что «права человека и гражданина должны быть защищены. Благие намерения по увеличению объемов жилищного строительства не должны отражаться на правах людей». В итоге, в конфликт вмешались члены Общественной палаты со своими рекомендациями. Сейчас они готовят специальное заявление по поводу происходящих в Бутово событий.

В принципе, конфликт типичен для столичных деревень, в которых земли либо просто захватывались, либо по тем или иным причинам у жителей не было возможности оформить землю в собственность. В то же время в СМИ все чаще высказывается точка зрения, согласно которой слияние Москвы и Подмосковья происходит не по воле городских или областных властей, а естественным «экономическим путем» – застройкой деревень и поселков. Однако, в итоге, это представляет московские власти и лично Лужкова в весьма негативном свете. И все их заслуги на «социальном поприще» тем самым просто стушевываются.

В «южной» столице Казахстана сегодня существуют, на первый взгляд, те же проблемы. Речь, прежде всего, идет о кольце микрорайонов, располагающихся по периметру столицы - «Шанырак», «Думан», «Бакай» и др. - так называемый «алматинский пояс шахида», где часть построек располагаются прямо над магистральным газопроводом 1972 года постройки, и малейшее механическое повреждение может привести к непоправимым последствиям. Здесь практически нет инженерных коммуникаций, и часто эти районы просто лишены элементарных условий, необходимых для проживания людей. В соответствии с решением городских властей, незаконные постройки, а также ряд ветхих построек в центральной части города, должны пойти под снос. Как и в Москве, планируемые меры вызывают социальный протест - к примеру, пикетирование здания алматинского акимата, причём разгон пикета уже вызвал массу нареканий в прессе.

Примечательно, что 28 апреля в Москве прошла акция солидарности с жителями одного из поселков, определенных под снос - «Шанырака», организованная представителями различных левых молодежных организаций. «Активисты» раздавали листовки прохожим, растянули транспарант с надписью «Мы с тобою, Шанырак!». Участникам пикета удалось даже передать петицию с протестом на действия акима Алматы. Именно поэтому и алматинцы с интересом следят за тем, как в Москве решается проблема Бутово.

Но если с московскими властями все более или менее понятно – Лужков заявил, что городские власти не отступятся от своего намерения снести «неугодное» жилье, - то с алматинским мэром ситуация выглядит несколько иначе. Срок московского мэра подходит к концу, и если инициатива властей будет реализована, то весь негатив будет «сливаться» именно на фигуру мэра, как уже во многом «отыгравшего свою партию». Позиционирование же акима Алматы Имангали Тасмагамбетова, экс-премьера и бывшего главы президентской администрации, носит совершенно другой характер, а потому и правила игры здесь иные.

Итак, что же собирается делать аким с проблемой окраин? По его словам, сначала необходимо завершить «юридическое оформление права владения на соответствующие участки». Затем, судя по всему, после «появления этих территорий на карте города», будет открываться финансирование программ - жителям «пояса» было обещано обеспечить водоснабжение, энергоснабжение и газоснабжение. «А когда будет решена проблема инженерных коммуникаций, резко возрастет инвестиционная привлекательность этих территорий. Там можно будет начать интенсивную многоэтажную застройку». И далее: «Земля – это актив города и должна приносить доход… Где земля захвачена незаконно, будем сносить. Более того, уже сносим». Таким образом, налицо достаточно жесткая линия, от которой акимат, судя по всему, отклоняться не собирается, несмотря на негативную реакцию части алмаатинцев и даже «горячие отклики» из российской столицы.

Так в чем же все-таки суть проблемы? В ситуации с московским Бутово все более или менее понятно – здесь все решается по «законам свободного рынка», и экономическая целесообразность подминает под себя все остальное – стоимость участка земли с ветхим домиком не идет ни в какое сравнение со стоимостью той же площади в многоэтажном доме на этой же земле. А, казалось бы, аналогичная ситуация с алматинскими окраинами, однако, носит совершенно иной характер. Здесь переплелись экономическая и политическая составляющие. С экономической также все ясно – огромное количество инвесторов готовы вкладывать значительные средства в застройку, тем более когда речь идет о территории в черте города, и особенно если учесть алматинские реалии – весьма ограниченные возможности роста города «вширь». И этот вопрос решается, как и везде, на юридических основаниях: постройки на землях, приобретенных путем самозахвата или расположенные в опасной зоне (к примеру, над трубопроводом), попросту сносятся. В соответствии с принятыми нормативными актами «выселенцам» выплачиваются компенсации и т.д.

Однако нас больше в данной ситуации интересует политическая составляющая вопроса. Дело в том, что, как показал «узбекский опыт» в Андижане и других «политически активных» городах на постсоветском пространстве, массы, которые участвовали в событиях, позже названных «бархатными» революциями, занимают преимущественно маргинальное положение в обществе, и, как правило, местом их обитания оказываются как раз окраины крупных городов. Известно, что именно эти массы являются наиболее внушаемыми в силу отсутствия четких политических и идеологических установок, а социальное положение и бытовые условия способствуют легкой активизации оппозиционных настроений. Именно этим и пользуются всевозможные «активисты» от оппозиционных движений и т.д.

Переплетение этих двух составляющих и заставляет власти Алматы, в которых представлена вся палитра политических движений, оперативно реагировать на существующую проблему. Микрорайоны на окраинах действительно при определенном стечении обстоятельств могут стать «рассадником» оппозиционных настроений с «оранжевым оттенком». Поэтому столь жесткие меры акимата, официально направленные на установление законного статуса этих территорий, кажутся вполне оправданными с точки зрения государственного порядка.

Фигура акима Алматы Имангали Тасмагамбетова, амбициозного политика, безусловно, значимая в общественной жизни Казахстана, вполне вписывается в алматинский политический ландшафт. Здесь он позиционируется, прежде всего, как «действительный» политик и хозяйственник. Раздувание скандала вокруг ситуации с алматинскими окраинами многими расценивается именно как попытка «отжать» его из реального поля политики. Однако, если учесть его статус в околопрезидентском окружении, подобная точка зрения покажется, по крайней мере, нелепой. Кстати, в случае с московским мэром, аналогичная схема на сегодняшний день вполне может сработать.

Таким образом, действия алматинского акимата могут расцениваться как вполне адекватные и актуальные, потому что любое затягивание с решением этой проблемы может в перспективе обернуться дестабилизацией в южном регионе Казахстана, традиционно «оппозиционном». Тем более, участники этого действа прекрасно понимают, что критика в их адрес неизбежна, только потому, что это часть политической игры.

По материалам ИАЦ МГУ