АПН АПН Казахстан
Главная События Публикации Мнения Авторы Темы
Понедельник, 26 октября 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Страшная «китайская экспансия»
2006-07-21 Дмитрий Верхотуров
Страшная «китайская экспансия»

Миграция из Китая давно и прочно стала одной из дежурных страшных историй, которые журналисты и политики рассказывают по поводу демографической ситуации в России. По мере развития этих рассказов, численность проникших в Россию китайцев увеличивается, увеличивается, достигая десятков миллионов человек, плавно подводя к мысли, что пора бы России стать еще одним автономным районом в составе Китайской Народной Республики.

Между тем, в этом вопросе давно необходимо разобраться, основываясь на фактах. Это необходимо по двум причинам. Во-первых, необходимо составить и реализовать программу развития Дальнего Востока России (ДВР). Во-вторых, надо довести экономические отношения с Китаем до уровня, приличного для крупных и развитых стран. В обоих аспектах тема китайской миграции занимает свое место.

Для начала, необходимо разобраться с наиболее распространенными мифами о «китайской экспансии» на Дальнем Востоке.

Точные цифры. Привычным тезисом в вопросе о страшной «китайской миграции» является отсутствие точных данных. Автры так и пишут, что никто точно не знает, сколько китайцев в России, но наверное, уже миллионы.

Вообще-то, ситуация, когда никто не знает, сколько на территории граждан другого государства, обозначает ситуацию полного распада государственной власти и ее органов, в первую очередь пограничной и таможенной службы. Однако и то и другое в России пока функционирует, как функционировало все 90-е годы. Таможенная служба России, обладает достаточно точной статистикой посещения китайцами России, равно как и статистикой выезда российских граждан в Китай.

Год

Китайские граждане в Россию (тыс. чел.)

Российские граждане в Китай (тыс. чел.)

1991

46

-

1992

200

-

1993

751

777

1994

207

-

1995

210

-

1996

349

544

1997

449

834

1998

473

742

1999

448

791

2000

494

997

2001

461

-

2002

725

-

Источник: Ларин В.Л. Российско-китайские отношения в региональных измерениях (80-е годы ХХ – начало XXI века). М., «Восток-Запад», 2005, с. 275-279

Эта таблица показывает несколько моментов. Во-первых, годовая численность граждан КНР, пересекавших границы России, никогда не достигала миллиона человек. Во-вторых, количество граждан России, выезжавших в Китай, в 1,5-2 раза больше, чем количество граждан КНР, выезжавших в России. Впору ставить вопрос об «экспансии» россиян в Китай, а не наоборот.

Более подробные данные, собранные китаеведом Вилей Гельбрасом, показывают, что основная масса прибывающих в Россию граждан КНР – туристы, а также прибывшие по служебным делам. В 1998 году из 473 тысяч прибывших граждан Китая 198,5 тысяч человек составили туристы, а 190,2 тысячи – прибыли в командировки. В 2002 году из 725,8 тысяч прибывших, было 267 тысяч туристов и 126,3 тысячи командированных. На постоянное место жительства прибывали в 1998 году 100 человек, в 1999 – 100, в 2000 – 200, в 2001 – 200, в 2002 прибыло на ПМЖ 100 человек, а выбыло 1300.

Объективные данные о туризме и посещениях России гражданами КНР показвают просто смехотворные, ничтожные доли китайцев в масштабе населения России. По сравнению с притоком населения из стран СНГ, их очень мало. В 1998 году приехало в Россию и осталось 21,8 тысяч китайцев, тогда как из стран СНГ приехало 361,8 тысяч человек. В 2002 году та же пропорция: китайцев – 27,2 тысячи, из стран СНГ – 124,3 тысячи.

По статистике ФПС за 1998-2001 годы в России осталось 36 тысяч граждан КНР. За это же время из стран СНГ прибыло 989,2 тысячи человек. Пропорция 1:27.

Рабочая миграция

В качестве общего места в разговорах о «китайской экспансии» проходит мысль о том, что китайцы будто бы «заполоняют» рабочие места на Дальнем Востоке, и будто бы «скоро» китайские рабочие составят большую часть населения этого региона России. Правда, стоит отметить, что чем дальше эксперт находится от Дальнего Востока и чем меньше он понимает в региональном положении, тем больше ему рисуется масштаб китайской трудовой миграции.

Однако и это соображение ни на чем не основано, кроме фантазии. Общая численность китайской рабочей силы на Дальнем Востоке не выходит за пределы 20 тысяч человек. В 1995 году в регионах ДВФО работало 12,4 тысячи граждан КНР, в 1998 – 9,18 тысяч, а в 2001 году – 12 тысяч человек . Это данные китаиста из Владивостока Виктора Ларина. С ним в общих чертах согласен и Виля Гельбрас. По его сведениям в 2001 году в ДВФО было 29,4 тысячи иностранных рабочих, из которых 10,6 было гражданами КНР .

Это данные китаистов совершенно разного направления. Виктор Ларин – активный противник теории «китайской экспансии», Виля Гельбрас – ее активный защитник. Но оба они приводят сходящиеся данные по масштабам использования китайской рабочей силы на Дальнем Востоке. 10-12 тысяч человек – вот и весь отряд китайских трудящихся. Даже на фоне весьма немногочисленного населения дальневосточного региона, это исчезающе малая величина.

Нелегальная миграция

Поскольку в теории «китайской экспансии» миллионов китайцев через привлечение рабочей силы нарисовать никак не получается, то в качестве распространенного тезиса используется утверждение о том, что миллионы китайцев проникают через границу незаконно.

Снова, как было метко подмечено Виктором Лариным, количество китайцев увеличивается по мере удаления эксперта от Дальнего Востока. Данные же ФСТ по Приморскому краю, одному из основным мест для въезда граждан КНР в Россию, показывают другую картину.

Действительно, в начале 90-х годов среди въезжающих китайцев была значительная доля нарушителей. В 1994 году, по данным ПВС Приморского края, из числа приехавших, только 64% выехали в срок по окончании туристической или другой визы. В этом году было выдворено 2,7 тысяч человек, а 9,8 тысяч наказано в административном порядке. На следующий год власти Приморья выдворили 6,6 тысяч человек, 12,3 тысячи наказали штрафами, после чего законопослушность китайских граждан поднялась на большую высоту. В 1996 году впервые 97% граждан КНР выехали своевременно, и с тех пор доля своевременного отъезда по завершению визы колебалась в пределах 97-99,8% .

В 2000-2001 году УВД Приморья не смогло отследить местонахождение только 82 и 15 граждан КНР (0,03 и 0,01% от общего числа въехавших) соответственно. Количество иностранцев, задержанных за нелегальное пребывание в Приморье, постоянно падало с 1486 человек в 1999 году, до 596 человек в 2002 году.

В итоге, при рассмотрении фактических данных, китаисты вынуждены были сделать вывод о незначительном характере китайской нелегальной иммиграции. Ларин считает, что таковых не более одной тысячи человек в год, и никакой угрозы для 6-ти миллионого населения ДВФО китайские нелегалы не представляют.

В теме китайской миграции в Россию, сквозь частокол страшных историй и предвзятых мнений, пробивается мысль о том, что пора бы уже повернуть китайскую миграцию в Россию на российскую же пользу.

Мысль эта не вполне привычная для широкого читателя, воспитанного в духе панической боязни «желтой угрозы», однако, она вытекает из фактических данных исследования китайской диаспоры в России, проведенного Вилей Гельбрасом в 2002 году.

Начнем с того, что основная масса китайских мигрантов на Дальнем Востоке складывается из населения четырех районов Китая: провинций Хэйлунцзян, Ляонин, Цзилинь и Автономного района Внутренняя Монголия. Это северо-восточный Китай, непосредственно прилегающий к границам России. Процент выходцев из этих мест по разным регионам Дальнего Востока колебался от 60 до 94%.

Из этого стоит сделать наблюдение, что выходцы из южных и наиболее населенных провинций Китая ехать в Россию совсем не горят желанием. Основная масса приехавших – северяне, имеющие привычку к климату. Это ставит под сомнение возможность многомиллионной миграции из Китая, потому что перечисленные провинции просто не в состоянии выставить столько свободного населения.

Во-вторых, основная масса граждан КНР живет в России до 4 лет. Это 76% от числа опрошенных Вилей Гельбрасом китайцев. Причем, отмечается, что половина китайских мигрантов собирается вернуться в Китай, хотя 30% желают остаться в России на долгий срок, получить гражданство или вид на жительство.

В-третьих, в Россию едут мигранты с хорошим образованием и высоким материальным положением. Хорошее материальное положение имели 57,4% опрошенных, в России 46% из них имеют заработки средние и выше. Высшее и незаконченное высшее образование имели 47,6% участников опроса, а 32,5% закончили полную среднюю школу. То есть, мы имеем дело с достаточно грамотной и состоятельной миграцией из Китая. Это ни в коем случае не малообразованые рабочие, а главы или представители компаний, сотрудники с высокой квалификацией, студенты.

В-четвертых, вряд ли китайские мигранты будут смешиваться с россиянами. По данным этого же опроса, в браке в России состояли 3,6% граждан КНР, хотели бы вступить – 10,6% (преимущественно те, кому хотелось бы получить гражданство), а вот тех, кто не думал об этом и не намерен, оказалось 79,7%.

Портрет китайской миграции

Иными словами, портрет китайской миграции в России можно определить так: это представители обеспеченных и образованных слоев населения Китая, которые едут в Россию работать и учиться. Несмотря на то, что сам Виля Гельбрас не очень хорошо относится к Китаю, в силу того, что его научная карьера началась в эпоху борьбы с маоизмом, является сторонником теории «китайской экспансии», а также собранные им данные истолковал в пользу этой теории, эти сведения говорят нечто прямо противоположное.

Китайцы не ищут «спасения» в России, потому что едут к нам обеспеченные, образованые и явно не голодающие жители северных провинций. Едут, главным образом, туристами (то есть развлекаться), представителями китайских компаний (то есть заниматься крупным бизнесом) и студентами (то есть учиться). Среди въезжающих в Россию граждан КНР нет ни голодающих беженцев, ни кули, готовых взяться за любую работу. Большая часть приехавших держится своей самоидентификации и собирается вернуться обратно в Китай.

От такой миграции никакой угрозы для России нет.

Китайский потенциал для России

В чем состоит потенциал китайской миграции для России? В первую очередь в студентах и предпринимателях. За время пребывания в России они достаточно хорошо овладевают русским языком (отмечается, что овладевают одинаково хорошо разговорной речью, чтением и письмом), солидными и практическими знаниями российских условий для жизни и предпринимательства. Такие люди, работая в России или в Китае, могут стать мостом для развития торговых и экономических отношений между двумя странами на уровне предпринимателей и предприятий.

Для развития этого потенциала, нам необходимо расширять прием и подготовку китайских студентов в российских университетах. Кроме обычных предметов и изучения русского языка, необходимо ввести также специальные курсы для китайских студентов, посвященные географии и экономике России, различным регионам, особенно Сибири и Дальнего Востока, особенностям менталитета и культуры, нюансам истории, важным для налаживания связей и делового взаимодействия.

Аналогичные курсы стоило бы открыть и для китайских предпринимателей, работающих в России. Цель всех этих усилий состоит в том, чтобы создать достаточно большую группу специалистов по бизнесу в России, с помощью которых крупные китайские компании смогли бы прийти в Россию со своим бизнесом и инвестициями.

Кроме этого, необходимо также создать несколько новых институтов. Во-первых, крайне необходим российско-китайский банк, который бы взял на себя обеспечение расчетов для предпринимателей. Существующий банк «Элосы» слишком для этого слаб. Во-вторых, необходимо создать российско-китайскую биржу. Наилучшим местом для нее был бы Благовещенск. Он находится на границе, что открывает возможность создать свободную безвизовую приграничную зону. Также, напротив него, на другом берегу Амура, находится один из центров китайско-российской торговли – Хэйхэ.

То, что более десяти лет Россия занималась самозапугиванием «желтой угрозой», привело только к убыткам, ущербу для дальневосточных регионов и огромной недополученной прибыли. Китайская сторона многое получила от торговли с Россией. Хэйлунцзян с 1987 по 2001 год нарастил торговлю с Россией с нуля до 1,7 млрд. долларов. Хэйхэ из маленькой деревушки стал городом с 80-ти тысячным населением, а экономическое развитие самой провинции значительно ускорилось. Наши же дальневосточные регионы только поддерживали свое существование, хотя мог бы тоже расти и развиваться. Нам необходимо сейчас отбрасывать разные необоснованные страхи по поводу китайской миграции и поворачивать ее на российскую пользу.

По материалам «Блоттер.ру»

Главные темы » Все темы
Этнополитика
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
23.10.2016
Соседи Казахстана. Для ответа на провокации в виде террора, вооруженных нападений, переворотов и цветных революций, необходимы союзники

23.10.2016
Политический ислам. Уход северокавказской молодежи в джихадизм можно пресечь, если власти регионов Северного Кавказа будут активно продвигать методы, заложенные экс-главой Дагестана Магомедсаламом Магомедовым: диалог между салафитами и суфиями и комиссии по адаптации бывших боевиков.

21.12.2014 Алия Карибаева

Евразия. Создание ЕАЭС целесообразно рассматривать с точки зрения возможностей притока технологий из наиболее развитых сфер производства России и Белоруссии в наименее развитые сферы производства Казахстана.


30.11.2014

Экология. Реализация всех китайских проектов может катастрофически сказаться на состоянии Балхаша.


16.11.2014

Экономическая политика. 11 ноября Президент Республики Казахстан Нурсултан Назарбаев неожиданно обратился к народу с ежегодным Посланием – раньше, чем в предыдущие годы, на 2 месяца.


30.4.2014 Нурсултан Назарбаев

Евразия. Выступление Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева в Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова.