Для многих в мире российско-казахские отношения являются эталоном взаимовыгодного сотрудничества. Действительно, в 2005 г. торговый оборот между нашими странами достиг уровня 9,7 млрд. долл., что соответствуют российско-французскому товарообороту. По мнению Президента Республики Казахстан Нурсуртана Назарбаева, в ближайшее время возможно двукратное увеличение российско-казахского товарооборота. Россия остается основным внешнеторговым партнером Казахстана: на нее приходится 20% казахского экспорта и 50% импорта. Российский бизнес активно пошел в Казахстан, купив за последнее время Атыраурский и Актауский заводы пластмасс, Степногорский подшипниковый завод, Федоровское нефтегазовое месторождение и т.д. Началось и обратное движение капиталов: в феврале 2002 г. в Москве открылось представительство одного из крупных казахских банков – «Темирбанка».

Наши государства тесно связаны между собой транспортными коммуникациями, активно сотрудничают в рамках Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЕС), что позволяет реализовать в центрально-азиатском регионе концепцию тесного и эффективного торгово-экономического сотрудничества в водоэнергетической, транспортной, продовольственной и других сферах. В рамках ЕврАзЕС уже создан Евразийский банк развития с уставным капиталом 1,5 млрд долл. (1 млрд долл. внесла Россия, а 500 млн долл. – Казахстан) для реализации проектов в сфере энергетики и развития транспортной инфраструктуры. Уже достигнуты договоренности об увеличении экспорта казахской нефти по российской территории трубопроводом КТК (Каспийский трубопроводный консорциум), о совместной добыче энергоресурсов, природного урана и других полезных ископаемых. Активно развивается военно-политическое российско-казахское сотрудничество  в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). В частности, Москва поставляет Астане по внутригосударственным ценам вооружение и военную технику, обучает на льготной основе военные кадры.

В настоящее время Россия имеет на территории Казахстана четыре военных полигонов и один космодром:

- 929-й Государственный летно-испытательный центр им. В.П. Чкалова Минобороны РФ расположен в г. Ахтубинске Астраханской области, но имеет боевые поля и на территории Западно-Казахстанской и Атырауской областей Республики Казахстан; предназначен как для проведения летных испытаний образцов вооружений, так и для боевой подготовки частей Военно-воздушных сил и авиации Военно-морского флота (ВМФ) РФ;

- 10-й Государственный испытательный полигон Минобороны РФ (полигон Сары-Шаган) расположен на территориях Жезказганской, Жамбылской, Актюбинской и Кзыл-Ординской областей Казахстана; предназначен для проведения испытаний и исследований вооружения и военной техники противоракетной и противовоздушной обороны (ПВО), а также баллистических ракет Ракетных войск стратегического назначения и ВМФ;

- 4-й Государственный межвидовый испытательный полигон Минобороны РФ (полигон Капустин Яр) расположен как в Астраханской области России, так и в Западно-Казахстанской области Республики Казахстан; предназначен для проведения летных испытаний образцов вооружений;

- 11-й Государственный испытательный полигон Минобороны РФ (полигон Эмба) расположен на территории Актюбинской области Казахстана; предназначен для проведения научно-исследовательских работ и испытаний образцов вооружений войсковой ПВО;

- 5-й Государственный испытательный полигон Минобороны РФ (космодром Байконур) расположен в Кзыл-Ординской области Казахстана, поля же падения первых ступеней ракет-носителей находятся в различных районах Казахстана и Туркменистана; пока это единственный космодром России для реализации пилотируемых программ и для запуска больших объектов типа орбитального комплекса «Мир», на его долю приходится 70% всех российских космических запусков.

Перенос из Казахстана на российскую территорию вышеуказанных полигонов, а также ряда других военных объектов потребует огромных финансовых средств. В частности, создание комплекса, подобного 10-у Государственному испытательному полигону, потребует капитальных вложений в течение 5-6 лет на сумму порядка 15 млрд. долл. США (далее будем указывать все финансовые средства именно в этой валюте). Порой же, в силу географического местоположения, такой перенос вообще не возможен.

Кроме этого, Россия и Казахстан имеют общую границу порядка 7,6 тыс. км, что составляет 12% от длины всей границы РФ. Причем эта граница практически необорудована средствами технического контроля и располагается в относительной близости от зон региональных вооруженных конфликтов и мест производства наркотиков. Следует учитывать и то, что через казахскую территорию или в непосредственной близости от нее расположены транспортные коммуникации, связывающие европейскую и азиатскую части РФ. В случае размещения здесь иностранных военных баз существенно ухудшатся условия российской безопасности, так как появится некоторая возможность «рассечения» страны на две изолированные части. Все это обуславливает крайне внимательное отношение Москвы к военно-техническому сотрудничеству Астаны с другими государства, в первую очередь – с членами НАТО.

31 января 2006 г. был подписан двухсторонний план действий в рамках индивидуального партнерство между Казахстаном и НАТО. Особый упор в нем делается на усиление региональной и международной безопасности, военные реформы, повышение боеготовности казахских вооруженных сил и, в частности, казахского батальона в рамках сил НАТО, улучшения их оперативной совместимости с Вооруженными Силами (ВС) НАТО, сотрудничества в сферах науки, защиты окружающей среды и борьбе с терроризмом, а также в области планирования использования гражданских служб в чрезвычайных ситуациях. Этот план включает усиление политического диалога между Казахстаном и НАТО и конкретные пути сотрудничества, включая программы обмена сотрудниками, обучения казахских военных специалистов в центрах НАТО, участие в военных учениях НАТО и международных миротворческих операциях.

Казахстан с готовностью принимает американскую помощь, предназначенную для модернизации казахских как ВС, так и Пограничной службы Комитета национальной безопасности. В частности, в 2004 г. Вашингтон выделил Астане 5 млн. долл. на помощь в создании средств современной береговой охраны и флота для защиты морских сооружений, а также прекращения морской транспортировки наркотиков и другой контрабанды. В 2005 г. Вашингтон оказал Астане военную помощь на сумму 30 млн. долл., что составило на тот момент 7% военного бюджета Республики Казахстан. Кроме этого, ВС США уже имеют право аварийной посадки в трех казахских аэропортах и выступают за интеграцию казахской системы ПВО в систему ПВО НАТО и создание здесь американской военной базы.

Сложно представить, как можно достигнуть совместимости казахских вооруженных сил  одновременно и с российскими, и с натовскими (американскими) ВС. Это можно реализовать только в случае создания двух независимых друг от друга армий. РФ и НАТО, по-прежнему, имеют разные стандарты вооружения (военной техники) и средства боевого управления, а лингвистические проблемы существенны даже внутри НАТО. Конечно, можно достичь оперативной совместимости с НАТО на уровне отдельных подразделений и воинских частей, решающих, например, миротворческие задачи. Но это вовсе не означает совместимости ВС в целом, которые, в принципе, не могут использовать одновременно различные военные стандарты.

Еще более непонятна ситуация в отношении будущей системы ПВО. В настоящее время группировка ПВО Казахстана имеет на вооружении современные зенитно-ракетные комплексы (ЗРК) С-300П, обеспечивающие необходимый уровень защиты от потенциальных угроз. Эти ЗРК были переданы Казахстану в счет компенсации за военное имущество, вывезенное с его территории после распада Советского Союза. Только к 2000 г. было передано три таких комплекса, а также 8 самолетов Су-27 и 2 самолета Су-27Б. По согласованию с военно-политическим руководством Республики Казахстан в рамках объединенной системы ПВО государств Содружества Независимых Государств планируется создание Центральноазиатской региональной группировки ПВО с центром в г. Астане. Причем вся объединенная система ПВО использует только российские (советские) системы вооружений. Использование же на территории Казахстана западных систем ПВО неизбежно создаст значительные трудности функционирования всей системы и неизбежно снизит ее эффективность. Это чрезвычайно нерационально с экономической и военно-технической точек зрения. Намного дешевле проводить закупку запасных частей для средств ПВО в России, а также осуществлять ремонт и модернизацию техники противовоздушной обороны на российских предприятиях. В случае принятия подобного решения у Казахстана возникнут серьезные проблемы и с подготовкой собственных боевых расчетов, что потребует значительных финансовых средств и времени.

Помимо этого Вашингтон стремится усилить сотрудничество с Казахстаном и Азербайджаном в рамках проекта «Каспийская стража» с целью установления контроля над морскими пространствами Каспийского моря. Причем предполагается не только останавливать подозрительные грузы, что может резко обострить взаимоотношения с Ираном, но охранять места погрузки и транспортировки из Казахстана в Азербайджан нефти для нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан. По-видимому, реализуя этот проект в начале 2006 г. США передали Казахстану три патрульных катера на сумму 2 млн. долл. При этом игнорируется предложение России о создании на Каспии прибрежными государствами международных сил безопасности «Касфор», что было бы вполне достаточно для поддержания на Каспийском море необходимого уровня безопасности при нынешнем балансе сил. Появление же здесь внешних сил неизбежно ускорит гонку вооружений и создаст базу для возможных региональных конфликтов. Кроме этого, охрану транспортировок казахской нефти и природного газа мог бы взять на себя ОДКБ. В 2004 г. в рамках этой организации было принято Соглашение по прикрытию железнодорожных магистралей государств-участников Организации», аналогичное соглашение может быть принято и в отношении морской и трубопроводной транспортировки энергоресурсов.

Занимая независимую позицию по некоторым ключевым вопросам международной безопасности, Казахстан невольно создает напряженность в рамках ОДКБ. Так Астана считает, что Ереван обязан уйти из Нагорного-Карабаха, а взаимоотношения с НАТО не следует развивать на многосторонней основе. В первом случае, руководство Казахстана вносит определенный раскол среди государств-участников ОДКБ, одним из которых является Армения. Во втором случае, она не учитывает позицию Москвы, которая весьма озабочена отказом НАТО сотрудничать со структурами ОДКБ. По видимому, НАТО именно потому и выступает за взаимоотношениями со странами-членами ОДКБ на двухсторонней основе, так как надеется в будущем добиться выхода этих стран из этой организации и присоединения к НАТО.

Таким образом, существуют серьезные основания считать, что форсированное укрепление военно-технического сотрудничества Казахстана с НАТО может привести к ухудшению российско-казахских отношений. Москва уважает суверенитет Астаны и стремится к долгосрочному взаимовыгодному сотрудничеству. В то же время она проявляет определенную озабоченность складывающейся ситуацией и надеется, что принципиальные решения в этой области Астана будет согласовывать с Москвой, как своим стратегическим партнером.

Владимир Валерьевич Евсеев – кандидат технических наук, старший научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН