2006-11-23 Акрам Асроров

Игроки и игры

В своем очередном докладе Международное энергетическое агентство (МЭА) спрогнозировало рост цен на нефть к 2030 году на 40 процентов. Было отмечено, что за столь короткое время нереально нарастить добычу до удовлетворяющего мировую экономику уровня. Предыдущий прогноз МЭА составлял 17 триллионов долларов вливаний в ТЭК, теперь - все 20.

Созданное в кризисные 70-е годы прошлого века агентство выполняет функции антикризисного центра для стран Запада и занимается выработкой рекомендаций в сфере энергетической политики. Примечательно в нынешнем докладе то, что впервые за 32 года со дня основания МЭА призвала развивать атомную энергетику. Доселе агентство в большой любви к атомной сфере замечено не было.

При таком раскладе роль трех ключевых государств СНГ - России(1)(2), Казахстана и Узбекистана - неизмеримо возрастает. Суммарно они обладают таким потенциалом атомного сырья, что в случае удачной раздачи карт могут стать игроками, без которых никакой даже мизерный прикуп станет невозможным.

Рыночная цена на уран за последние годы увеличилась практически втрое и составляет в настоящее время 30 долларов США за фунт. В середине 90-х годов цена периодически опускалась до 10 долларов. Рыночные наблюдатели называют это время Возрождением сырья. Если взять рыночную цену на уран и высокий уровень спроса на него в качестве основных показателей, то тогда стремление гражданского потребления атомной энергии по всему миру становится вполне решенным вопросом. Между тем, Китай, Индия, Россия и Украина планируют строительство 50 новых атомных реакторов. Особенно в Азии предстоит значительное развитие гражданского использования атомной энергии в связи с экономическим ростом и ростом населения. Из 31 атомного реактора, построенных во всем мире, 22 были установлены в Азии. В регионе сейчас имеются уже 18 готовых реакторов и 27 - на стадии строительства.

Казахстан, являющийся в настоящее время третьим крупным мировым производителем урана, пытается получить выгоду от уранового бума. Казахстанские урановые резервы составляют около 1,5 млн. тонн или 20-25% всех мировых запасов. В 1997 году правительство Казахстана произвело национализацию производства урана и сконцентрировало его на одном предприятии. Это должно было значительно укрепить позиции страны на мировом рынке. С тех пор производство на 100% так и сосредоточено в руках государства. Энергетическое предприятие "Казатомпром"(3) обладает эксклюзивным правом на производство урана для гражданского использования атомной энергии.

Естественно, процесс глобализации в сфере производства ядерного сырья был бы неполон без еще одного ключевого азиатского игрока – Узбекистана(4). В республике сосредоточено 40 месторождений с большими запасами урана, основу же узбекской урановой базы составляют 27 месторождений, находящихся в пустыне Кызылкумы. В середине 90-х годов геологи государственной геологической партии "Кизилтепагеология" открыли самое крупное в Центральной Азии месторождение - Учкудук. После этого специалисты МАГАТЭ сделали переоценку общих ресурсов урановых месторождений и подтвердили, что они находятся на уровне 230 тысяч тонн урана. По состоянию на 2003 год республика занимала 3-е место в мире по продаже и 5-е место по добыче урана. Статистика этой добычи весьма красноречива: если в 1991 году добыто 2095 тонн урана, в 1992 году - 2700 тонн, а 1993 - 3050 тонн, в 1994 году - около 3000 тонн. Затем происходит спад: в 1996 году добыча упала до 1700 тонн. В первую очередь, потому что до 1997 года Узбекистан имел очень жесткие ограничения по поставкам урана на американский рынок - основного экспортера узбекского урана.

С 1992 года хозяином на узбекском урановом рынке стала американская компания Nukem Inc., которая пользуется монопольным правом экспорта узбекского урана в США. Именно она добилась от департамента торговли США увеличения квоты на экспорт урана из Узбекистана. Это разрешение действует с 1996 года, что позволило поднять уровень ежегодной добычи урана в Узбекистане до стабильных 3 тысячи тонн в год.

Американцы стремились заполучить узбекский уран еще и потому, что он один из самых дешевых в мире. Так, урановый концентрат, который выпускается на Навоийском горно-металлургическом комбинате, в силу применяемой высокоэффективной технологии дешевле американского примерно в 2-2,5 раза. Это позволило комбинату увеличить добычу урана на 50 процентов. В те недавние времена Ислам Каримов использовал силу и мощь уранового оружия как фактор давления на Россию путем предоставления новых преференций Соединенным Штатам.

Одновременно он стремился распространить свое влияние на урановые рудники и комбинаты в Таджикистане, в первую очередь в Ленинабадской области. Для давления на Рахмонова используется также "газовая труба". В середине 90-х годов, когда Рахмонов заартачился, Каримов поступил просто: перекрыл поставки газа. И вскоре получил в аренду сроком на 50 лет одно из таджикских предприятий по выработке серебра.
Сырьевая экспансия Узбекистана в Таджикистан нужна была Каримову для того, чтобы расширить свое влияние на региональном уровне и в другом качестве разговаривать с ядерными и околоядерными соседями - Пакистаном, Индией, Китаем, Ираном и Россией. Эти амбиции узбекского президента активно поддерживали американцы, которые внушали мысль, что Ташкент - сильная региональная держава, которая может на равных держаться с Москвой.

В азиатскую игру по контролю за ядерным топливом активно включились Россия (давний, традиционный партнер узбекских и казахстанских производителей по холдингу в составе Министерства среднего машиностроения СССР), США (на сегодняшний день один из крупнейших потребителей), Япония (вплотную занятая диверсификацией своего энергетического комплекса с уклоном на ядерную), Китай (темпы роста экономики которой заметно превышают потенциал собственного ТЭК), Южная Корея (один из крупнейших в мире потребителей).

Как и в любой большой игре, большие страны изначально имеют преимущество. Как и в любой большой игре, малые страны могут воспользоваться тем, что большие, жестко конкурируя между собой, теряют из виду малые…

Амбиции

Еще в середине 2003 года генеральный секретарь ЕврАзЭС Григорий Рапота в частной беседе подчеркнул, что серьезную опасность для интересов России в Центральной Азии представляют действия США, взявшие, по сути дела, под контроль урановые месторождения Узбекистана. Если в Казахстане и Таджикистане Россия еще может контролировать обстановку, то Узбекистан остается "черной дырой". В справке, составленной для ЕврАзЭС по отношениям с Узбекистаном, подчеркивается эта опасность, особенно усилившаяся после военного присутствия США в Узбекистане (создание авиабазы Карши-Ханабад).

Сегодня в этой стране добывается обогащенный уран, для получения которого имеется крупная минерально-сырьевая база. Разведанный уран в Узбекистане находился на уровне 10 процентов запасов или 15 процентов рентабельных по отработке запасов от общих запасов в бывшем СССР.
По мнению российской стороны, восстановление и развитие технологических связей предприятий ядерной отрасли России, Украины, Казахстана и Узбекистана будет способствовать усилению позиций ядерной энергетики во всех этих странах. Она планирует довести долю ядерной энергетики в стране до той, которая зафиксирована в энергетической стратегии России.

Напомним в этой связи, что в утвержденной в 2003 году правительством Российской Федерации "Энергетической стратегии России на период до 2020 года" подчеркивается: "В результате производство электроэнергии на атомных станциях возрастет с 16 процентов в 2000 году до 23 процентов в 2020 году (в европейской части - до 32 процентов)".

В свою очередь, казахстанские планы по добыче урана 25 ноября 2005 года огласил на пресс-конференции президент НАК "Казатомпром" Мухтар Джакишев: к 2010 году компания планирует стать крупнейшим мировым производителем урана. В течение пяти лет компания намерена увеличить производство с нынешних 4000 до 15000 урана в год. Если эта программа будет выполнена, "Казатомпром" превзойдет нынешнего мирового лидера по производству урана, корпорацию "Cameco". Планируется инвестировать 600 млн. долларов в строительство новых и развитие действующих рудников.

НАК "Казатомпром" также планирует создание совместных предприятий с японскими компаниями "Sumitomo Corp." и "Kansai Electric" для добычи и переработки урана в Казахстане. По мнению М. Джакишева, развитие отношений с японскими компаниями может обеспечить "Казатомпрому" доступ к технологиям и японскому рынку. "Япония не покупает топливо даже в Америке, потому что у них есть свое производство. Но для Казахстана двери будут открыты", - сказал он.

Казахстан также ведет переговоры с "China National Nuclear Corp." и планирует создать совместные предприятия с "Korea Hydro&Nuclear Power Co." и "Korea Resources Corp." Основные рынки сбыта "Казатомпрома" - Китай, Япония, Южная Корея и США. По словам М. Джакишева, к 2014 году мировые рынки столкнуться с серьезным дефицитом урана.

По сравнению с 2003 годом Узбекистан заметно сдал свои позиции. По данным МАГАТЭ, Узбекистан стоит на седьмом месте (5 - в 2003-м) в мире по запасам урана и на пятом (3 - в 2003-м) по его добыче. Республика не обладает собственной атомной промышленностью, и весь произведенный малообогащенный уран поставляет на экспорт. Андижанские события в мае 2005 года заставили узбекское руководство кардинально изменить свою стратегию в сфере экспорта урана. Спустя две с лишним недели, 31 мая 2005 года, американская RWE Nukem Inc. и Навоийский горно-металлургический комбинат (НГМК, Узбекистан) заявили, что до конца 2005 года создадут СП по разработке урановых месторождений в Узбекистане.

Инвестиции должны были составить около 25 миллионов долларов. Тогда представитель комбината заметил, что СП на паритетных началах осуществит геологоразведочные работы и займется добычей урана на Балхаши-Восточно-Тактоныкской площади, расположенной в Центральных Кызылкумах.

При выходе на проектную мощность СП будет производить около 500 тонн урана в год. Но ни в конце 2005 года, ни в начале 2006-го СП так и не было создано. Почти год спустя, 6 мая 2006 года, представитель Навоийского горно-металлургического комбината известил СМИ о том, что предприятие "не планирует в ближайшее время привлекать компанию RWE Nukem Inc. (США) для совместной разработки урановых месторождений".

Было заявлено примерно следующее: "Вопрос о создании уранового СП с американской компанией сейчас не стоит, переговоры по этому поводу не ведутся". Как принято в этой центрально-азиатской стране, причины отказа так и не были озвучены. Даже несмотря на то, что правовые аспекты узбекско-американского уранового сотрудничества были утрясены заранее. В 2005 году договор об эксклюзивных правах Nukem Inc. продлен до 2013 года. С другой стороны, немаловажна и финансовая составляющая сотрудничества. В 2004 году американская компания предоставила комбинату кредит на 6 миллионов долларов на развитие уранового производства, в 2005 году - 8 миллионов долларов, в 2006 году планируется привлечь еще около 6 миллионов. Всего в ближайшие годы Nukem Inc. намерена была представить Узбекистану для урановой отрасли кредиты в объеме 26 миллионов долларов. В связи с открытым отказом узбекской стороны от создания СП, вполне возможно, стратегия американской компании изменится.

Сегодня, однако, объемы поставок по долгосрочным контрактам с Nukem уже выбраны, и сторонам приходится договариваться об объемах поставок и ценах ежегодно. По словам хозяина НГМК, узбекский уран продается по самым высоким ценам в сегменте долгосрочных контрактов. Но, как подчеркивают аналитики, в настоящий момент цена долгосрочных контрактов на поставку уранового сырья существенно ниже, чем на спотовом рынке, который чутко реагирует на превышение спроса над предложением урана на мировом рынке.

Поэтому узбекский монополист заинтересован в диверсификации уранового экспорта и повышении выручки. Однако для упрочения позиций на урановом рынке необходимы стратегические партнеры, только они способны принести инвестиции и технологии по налаживанию производства ядерного сырья более высоких переделов.

Возвращаясь к российским планам

В настоящее время Россия обладает почти 50% мировых мощностей по обогащению урана, однако ее экспортный потенциал ограничивается дефицитом природного урана внутри страны. В связи с этим компания "Техснабэкспорт"(5) планирует освоить месторождения Эльконского урановорудного района в Якутии. Также предполагается провести ряд встреч по обсуждению вопроса создания совместных производств с зарубежными партнерами по добыче природного урана - Намибией, Австралией, Бразилией, Узбекистаном, Украиной.

Еще в 2003 году "Техснабэкспорт" владел 49,33% в СП "Заречное"(6) в Казахстане. Планируется, что первые поставки казахстанского урана в Россию начнутся в 2007 году. Кроме того, компания вела разработку проекта создания на территории РФ российско-казахстанского уранового СП, объединяющего предприятия по добыче, конверсии и обогащению урана.

Данная политика компании ведется в соответствии со стратегией "Росатома" по созданию в РФ единой горнорудной компании, которая будет заниматься добычей урана как внутри страны, так и на территории других государств.

В сентябре нынешнего года, на четвертой Международной научно-практической конференции "Актуальные проблемы урановой промышленности", было озвучена возможность организации совместного предприятия по созданию АЭС малых мощностей от 100 до 300 мегаватт, в рамках российско-казахстанского партнерства в области атомной энергетики.

Как заявил вице-президент Национальной атомной компании "Казатомпром" Сергей Яшин, предполагается, что через 3-5 лет проект пройдет все стадии лицензирования в международных организациях, и уже с 2012 года продукция СП сможет обеспечить энергией труднодоступные и малонаселенные районы, испытывающие затруднение в регулярных поставках топлива.

Гоп до кучи

Конечно, в бизнесе есть не только партнеры, которые улыбаются, но и такие, с лиц которых удовлетворение давно исчезло. И Россия, и Казахстан, и Узбекистан поставляли сырье для атомных станций в США. Но, как было отмечено хозяином НГМК Николаем Кучерским, далеко не всегда экспортные поставки в Соединенные Штаты являлись выгодными в коммерческом плане. Как крупнейший в мире потребитель ядерного топлива и успешный предприниматель, США сумели добиться такой широкой диверсификации импорта, что уже могут диктовать свои условия в ценовом сегменте.

Все более выгодным в плане долгосрочных поставок топлива для АЭС становится Азиатско-Тихоокеанский регион, в частности, рынки Южной Кореи и Японии. Сегодня на Востоке концентрируются не только так называемые "грязные" и трудоемкие производства, но и довольно быстрыми темпами развивается атомная энергетика. Тот производитель, который нынче сумеет закрепиться на этом рынке, завтра будет контролировать цены на урановое топливо в глобальном масштабе. Борьба, что видно невооруженным глазом, предстоит нешуточная.

Февраль 2006 года ознаменовался противостоянием российской "Техснабэкспорт" и американской Palmco(7). Американцы обвинили партнера в том, что он вытесняет Palmco из контрактов на поставку ядерного топлива в Республику Корея и в поисках правды обратились в американский суд.

Предыстория конфликта такова: ОАО "Техснабэкспорт" с 1988 года поставляет ядерное топливо (низкообогащенный уран) для южнокорейских АЭС. Причем выход российской компании на рынок низкообогащенного урана Южной Кореи стал возможен после подписания между "Техснабэкспортом" и Palmсo долгосрочного контракта. В дальнейшем компании заключили агентское соглашение, в рамках которого Palmсo принимало на себя обязанности по представлению интересов "Техснабэкспорта" на южнокорейском рынке.

"Наше сотрудничество с Palmco носило взаимовыгодный характер и основывалось на рыночных принципах", - комментировала ситуацию пресс-секретарь российской компании Екатерина Шугаева. Вместе с тем Екатерина Шугаева напомнила о том, что деятельность Palmco не всегда была безупречна. Так, в 2003 году действия американцев фактически завели в тупик переговоры с южнокорейской государственной энергетической компанией. В результате "Техснабэкспорту" был нанесен ущерб. В 2004 году контрактная работа Palmco привела к неисполнению ею своих обязательств перед заказчиком по одному из контрактов, что поставило россиян в затруднительное положение.

В прошлом году выяснилось, что в одном из контрактов, заключенных Palmco, обязательства американской компании существенно превышают корреспондирующие обязательства "Техснабэкспорта" перед Palmсo. Российская компания нашла выход из создавшегося положения, создав в 2003 году дочернюю компанию TENEX-Korea, которая ориентирована на реализацию контрактов с потребителями Республики Корея, расширение и повышение эффективности присутствия "Техснабэкспорта" и на Корейском полуострове, и в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом. Непонятно, чем закончатся слушания в американском суде, но одно ясно уже сейчас: российская компания не собирается мириться с тем, что между нею и АТР будет посредник.

Узбекистан, в свою очередь, также не собирается делиться своей прибылью с Nukem Inc. НГМК подписал в октябре с японской Itochu Corp. соглашение о поставках в Японию в 2007 году 300 тонн закиси-окиси урана, важнейшего промежуточного продукта уранового производства. Гендиректор НГМК Николай Кучерский подтвердил, что соглашение с японцами подписано сроком на пять лет, при этом годовой объем поставок и их цены будут пересматриваться ежегодно с возможным увеличением объемов до 400 тонн уранового сырья.

Ранее аналогичное соглашение было подписано с Южной Кореей. Конкретный контрагент в сделке не был объявлен, но речь также шла об объемах 300 тонн в год, правда, в более отдаленной перспективе - на 2010-2014 годы. По мнению Кучерского, "все это - кошкины слезы", Узбекистану нужны более крупные и долгосрочные покупатели, а главное - инвесторы.

В сентябре 2006 года Каримов совершил визит в Казахстан. Масштабы урановых проектов северного соседа с Японией, Южной Кореей и Россией оказались столь привлекательными, что по приезду в Ташкент он дал указание геологам разработать масштабную программу по увеличению добычи этого востребованного стратегического товара на энергетическом рынке. Однако по факту Казахстан продвинулся гораздо дальше своего южного соседа в деле международной кооперации по ядерному циклу. Так, например, у Японии с Казахстаном достигнуты конкретные договоренности по налаживанию совместного производства урановых продуктов более высокого передела, в частности топливных таблеток. Что касается Узбекистана, то пока дело не сдвинулось дальше ни к чему не обязывающих протоколов о намерениях.

Присматривается к узбекскому урану и Россия. В ходе своей поездки в Узбекистан и Киргизию глава Минатома РФ Сергей Кириенко вновь озвучил свою идею создать международный холдинг из числа предприятий, прежде входивших в систему Министерства средней промышленности СССР, занимавшегося, в том числе, и урановой отраслью. В начале нынешнего года ОАО "Техснабэкспорт" подписала протокол с НГМК о создании СП по урановой геологоразведке и добыче. С российской стороны в проекте также примет участие ЗАО "Русбурмаш"(8). По расчетам узбекской стороны, стартовые инвестиции в размере 30-40 миллионов долларов позволят запустить проект с годовым объемом добычи до 500 тонн урана в год. Однако российская сторона до сих пор даже не определилась с источниками финансирования, так что пока проект повис в воздухе.

Вообще, вся история по созданию узбекско-российского СП носит довольно загадочный характер. 27 сентября нынешнего года информационные агентства распространили информацию о том, что стороны так и не пришли к согласию. Речь идет о разработке уранового месторождения Актау. При этом чуть ли не в кулуарах говорили о том, что проект для России и Узбекистана стратегический, и стороны не намерены отказываться от его реализации. Намерения Сергея Кириенко (предполагалось, что учредительный договор о создании СП может быть подписан в мае-июне, а в конце текущего года СП приступит к работе) и реальность пришли в противоречие. Теперь уже речь шла о том, что СП может быть создано в начале 2007 года.

Соучредителями СП с российской стороны будут ОАО "Техснабэкспорт" и ЗАО "Русбурмаш", с узбекской - Навоийский горно-металлургический комбинат (НГМК) и Госкомитет по геологии и минеральным ресурсам (Госкомгео) Узбекистана, на балансе которого находится месторождение Актау. По данным Госкомгео, прогнозные ресурсы месторождения Актау составляют 4,4 тыс. тонн урана. Предполагается, что после разведки возможный прирост запасов составит 50%. Но уже 1 ноября нынешнего года Россия и Узбекистан вернулись к этому вопросу вновь, определив программу действий по реализации уранового проекта.

"Недавно было совещание вместе с представителями Госкомгео и Минатомом России, на котором четко определена программа действий", - подтвердил весть Н.Кучерский. Российская сторона обязалась подготовить бизнес-план и гарантийные письма о финансировании проекта, после этого будет принято решение о создании совместного предприятия.

Вопрос о финансировании проекта - один из базовых, который задерживает его реализацию. По расчетам НГМК, на разведку урановых месторождений надо привлечь более 10 миллионов долларов и на создание совместного предприятия, если будут подтверждены запасы урана - еще 25-35 миллионов. Хотя и эти расчеты, по всей видимости, пока только предварительные.

В отношении Узбекистана потенциальные инвесторы занимают довольно осторожную позицию. Осталось чуть больше года до президентских выборов. Сегодня позиции Ислама Каримова выглядят весьма крепкими, но бизнесу недостаточно только таких гарантий. Японцы, южнокорейские и русские предприниматели не устают декларировать большие планы по отношению совместной разведки и добычи узбекского урана. Хотя заметно, что до поры до времени они не собираются существенно вкладываться в Узбекистан.

Россия, в частности, глава Росатома С.Кириенко, верит в то, что со временем можно будет создать холдинг. Наподобие того, что был в СССР. Позицию Кириенко, то бишь Кремля, понять можно. Сегодня и в США, и в АТР Россия, Казахстан и Узбекистан должны конкурировать друг с другом. И чем крупнее заказы, тем жестче конкуренция.

Холдинг может означать одно: три ключевые страны СНГ объединятся для того, чтобы выработать единые подходы и стратегию поставок. То же самое, что нынешний ОПЕК для стран-производителей нефти. Холдинг сможет оказывать прямое влияние на цены, складывающиеся на мировом рынке сырья для атомных станций.

Если идея-фикс России будет иметь практическое воплощение, то наряду с газовым, нефтяным альянсами будет создан также и атомный. Насколько он станет влиятельным и какие получит рычаги воздействия на страны Запада, остается только предполагать…

По материалам Газеты.кз