Казахская армия, как и другие армии государств СНГ, выросла на обломках Советской армии, взяв то, что находилось на территории страны на момент распада Союза. Как и Россия, Казахстан получил не лучшую часть СА. Ему досталась основная часть войск далеко не самого сильного Среднеазиатского военного округа. Правда, страна обрела немалую часть РВСН и стратегической авиации. Однако президент Назарбаев согласился отдать это оружие России в обмен на несколько десятков истребителей Су-27 и МиГ-29 и штурмовиков Су-25, без которых казахские ВВС были чисто символическими. Кроме того, республике достались гигантские склады боевой техники, выведенной из Восточной Европы. Впрочем, боеспособность этой техники была в высшей степени сомнительной. Наконец, в наследство от СА Казахстан получил космодром Байконур, Семипалатинский ядерный полигон и ряд других полигонов, например, полигон на Балхаше, где испытывались все советские ЗРК. Байконур был сдан в аренду России, Балхашский полигон практически не используется, а Семипалатинский представляет собой сильнейшую головную боль для Астаны.

За 14 лет ВС Казахстана сократились и, в основном, оптимизировались. Численность личного состава – около 65 тыс. чел. В отличие от России, Казахстан перешел от архаичной системы военных округов к гораздо более современной системе командований, которых создано 4 («Астана», «Восток», «Запад» и «Юг»). Сухопутные войска включают две (78-ю танковую и 68-ю мотострелковую) дивизии, 5 бригад различного назначения, в т.ч. 35-ю воздушно-десантную. На вооружении состоит до 1 тыс. танков (Т-80, Т-72 и Т-62), до 2,5 тыс. БМП и БТР, до 200 САУ, до 500 буксируемых артиллерийских орудий, не менее 150 РСЗО «Ураган» и «Град».

В составе ВВС и ПВО: 30 бомбардировщиков и 12 разведчиков Су-24, не менее 15 истребителей Су-27 и более 40 МиГ-29, более 40 перехватчиков МиГ-31 (Казахстан является единственной в мире страной, кроме России, эксплуатирующей этот очень мощный и очень сложный самолет) и до 30 их предшественников МиГ-25, до 120 истребителей-бомбардировщиков МиГ-23 и МиГ-27, не менее 15 штурмовиков Су-25, до 40 транспортных самолетов, 130 вертолетов, в т.ч. не менее 40 ударных Ми-24 и более 20 тяжёлых транспортных Ми-26, несколько десятков ЗРК различных типов, в т.ч. С-300.

Чрезвычайно эклектичен казахский флот, который сегодня насчитывает 9 сторожевых катеров. Самый сильный из них – турецкой постройки с 40-мм и 20-мм пушками, 4 катера пр. 369 с 20-мм пушками построены в начале 50-х в ФРГ. 2 совсем маленьких (хотя и новейших) катера пр. 1408 «Сайгак», вооруженных только 7,62-мм пулеметами, поставлены Россией. Еще 6 чисто пулеметных катеров типа «Донтлесс» были поставлены из США, однако 5 из них затонули в шторм. Катер «Беркут» пр. 1400 (вооружен 12,7-мм пулеметом) построен в самом Казахстане, на верфи в Уральске.

Как известно, армия существует для того, чтобы бороться с внешним врагом. При этом нельзя не отметить, что, несмотря на бурное развитие вооружения и техники, войны между странами, не имеющими между собой общей сухопутной границы, либо не связанных через океан (США – Япония, Великобритания – Аргентина), не происходят. Это резко сокращает круг потенциальных противников для Казахстана, который не имеет выхода в океан (конфликты в акватории Каспия не исключены, но здесь количество потенциальных противников заведомо ограничено).

Представить себе войну Казахстана с Россией или Киргизией настолько невозможно по соображениям военного, политического, экономического и психологического характера, что эти варианты нечего и обсуждать. Китай – опаснейший противник, для которого Казахстан, наряду с Россией, представляет собой основной потенциальный объект экспансии. При этом один только Ланьчжоуский военный округ НОАК, занимающий весь запад Китая, в несколько раз сильнее ВС Казахстана, хотя это далеко не самый сильный из 7 военных округов Китая. Понятно, что при почти 100-кратном превосходстве Китая в численности населения, наличии у него ядерного оружия, всего спектра средств его доставки и огромных обычных ВС, ни о каком серьёзном сопротивлении со стороны казахской армии не может быть и речи. В такой ситуации расчёт может быть лишь на партизанскую войну (которая, впрочем, будет задавлена массой китайцев) и на помощь извне (оказать её могут только Россия и США, если, конечно, рискнут).

Отношения Казахстана с Узбекистаном и Туркменией являются достаточно непростыми. Астана и Ташкент с момента распада СССР выясняют, кто из них главный в Центральной Азии. Режим Ашхабада вообще в высшей степени специфичен. Кроме того, ВС этих стран, в целом, сопоставимы с казахскими. Казахская армия посильнее узбекской и туркменской, но это преимущество отнюдь не подавляющее, в отдельных компонентах есть даже отставание, кроме того, Узбекистан имеет самые большие в регионе мобилизационные резервы. Между странами не исключены конфликты из-за раздела природных ресурсов, а также в случае прихода к власти хотя бы в одной из них исламистов (наиболее вероятен такой сценарий в Узбекистане). Впрочем, в последнее время между Астаной и Ташкентом началось заметное сближение во всех сферах, причём военная объявлена чуть ли не приоритетной.

Исламский терроризм представляет собой угрозу для всех стран региона, это тот случай, когда наличие/отсутствие границ роли не играет. Терроризм границ не имеет (как в старом анекдоте: «Советский Союз с кем хочет, с тем и граничит»). Основным его гнездом, несмотря на все усилия «антитеррористической коалиции», остаётся Афганистан. Однако радикальные группировки есть везде, особую опасность представляет Ферганская долина, где сходятся Узбекистан, Киргизия и Таджикистан. Хотя борьба с терроризмом – в первую очередь дело спецслужб, но сейчас масштаб его таков, что без армии обойтись уже практически невозможно.

Как и все постсоветские армии, а также большинство армий мира вообще, ВС Казахстана комплектуются по смешанному принципу. Продолжительность срочной службы составляет 18 месяцев, при этом среди военнослужащих растет доля контрактников. Только ими, например, комплектуются недавно созданные аэромобильные войска.

Казахстан является на сегодняшний день среднеразвитой страной, а численность ВС составляет менее 1% населения. Это позволяет набирать достаточно высококачественных контрактников: при отсутствии завышенных требований к количеству можно уделять больше внимания качеству. Кроме того, не возникла ещё характерная для высокоразвитых стран проблема, когда по контракту идут служить почти исключительно люмпены («нормальные» находят себе применение в других сферах). Кроме того, рост экономики Казахстана позволяет обеспечивать контрактникам достаточно высокое денежное довольствие, что также способствует улучшению качества контингента. При этом, однако, характер внешних угроз таков, что без призыва Казахстан обойтись не сможет, он должен иметь подготовленный резерв. Наконец, переход к чисто наёмному принципу комплектования вреден по чисто психологическим соображениям: главным мотивом для военнослужащих становятся деньги, а не защита родины.

Оптимальным является вариант, когда призывников готовят исключительно к защите страны от внешней агрессии, а если государство в мирное время направляет свои войска за рубеж для решения каких-то внешнеполитических задач, то эти контингенты должны комплектоваться исключительно по контракту. Возможно, Казахстан придёт именно к этому варианту. Если страна хочет играть не формальную, а реальную роль в таких организациях, как ОДКБ и ШОС, ей необходимо наличие сил быстрого развёртывания, готовых к немедленному использованию, в т.ч. и за пределами страны (видимо, аэромобильные войска и будут играть роль СБР). Борьбу с терроризмом также эффективнее вести, если это возможно, не на собственной территории, к тому же здесь призывники заведомо бесполезны из-за крайней специфики антитеррористических мероприятий.

Было бы совершенно естественно, если бы Казахстан взял на себя больше обязательств по защите Киргизии и Таджикистана, которые сами себя защитить не способны в принципе. При этом представляется несколько странным, что защищает их только Россия, не имеющая с этими странами общих границ.

Будучи по многим параметрам самой успешной страной СНГ, Казахстан имеет возможность создать вооружённые силы, занимающие по боевому потенциалу второе-третье место среди постсоветских стран. Тем более что геополитическая ситуация в Центральной Азии такова, что сильная армия Казахстану совершенно не помешает.